Анастасия. Твой лёгкий психолог.

«Анастасия, а как понять, чего я хочу, если я вообще не помню, что это такое?» Это самый частый вопрос. И самый честный. Отвечаю: начать с тела. Не с головы. Голова скажет «надо». Тело скажет правду. Сядь. Закрой глаза. Спроси: «Чего я хочу прямо сейчас?» Не «что правильно». Не «что полезно». А хочу. Может, ответ будет: «Полежать». Или «Есть». Или «Тишины». Или «Обнять кого-то». Не отметай. Даже если «глупо». Даже если «некогда». Это первый шаг. Просто услышать. А ещё есть три фразы, которые я даю клиенткам. И себе говорю. «Я сейчас чувствую…» Не «нормально», а честно. Злюсь. Устала. Пусто. Радостно. «Мне хочется…» Не «надо», а хочется. Даже если «полежать» или «уехать к морю». «Если бы меня никто не осудил, я бы…» Вот тут самое интересное. Тут вылезает то, что мы прячем даже от себя. Попробуй. Прямо сейчас. Не чтобы что-то сделать. А чтобы услышать себя.

Сегодня пришлось отказаться от места в садике — оно оказалось в другом корпусе, ехать сорок минут. И это решение далось мне не просто. Почему? Потому что поднялись прекрасные интроекты, впитанные с молоком матери, как говорится))) «Нельзя отказываться». «А вдруг больше не дадут». «Зажралась, раз отказалась». И ещё, мамино любимое: «Красиво жить не запретишь!» — это про то, что я хочу садик для ребёнка около дома. Стоп. Давайте разберём. «Нельзя отказываться» — это не про садик. Это про то, что отказывать вообще страшно. Вдруг накажут. Вдруг «нехорошая». «А вдруг больше не дадут» — это страх бедности. Не в деньгах. В возможностях. «Бери что дают, а то останешься ни с чем». «Зажралась» — это самое злое. Это голос, который говорит: «Кто ты такая, чтобы выбирать?» А я кто? Я мама. Я хочу, чтобы ребёнку было удобно. Чтобы не тащить его сорок минут. Чтобы садик был рядом. Это не «зажралась». Это забота. И знаете, что я сделала? Я отказалась. С трясущимися руками. С внутренним «а вдруг». С маминым голосом в голове. И мир не рухнул. Место вернули в очередь. И я — выдохнула. А ещё я подумала: сколько ещё такого во мне? Сколько «нельзя», «а вдруг», «зажралась» я тащу с собой? И главное — я теперь их слышу. А если слышу — могу отличать. Свой голос от чужого. Своё желание от навязанного. Это и есть опора — не когда нет страха, а когда ты слышишь, что он не твой.